У смерти нет праздников и выходных. О работе санитарной службы ритуальной компании

Девятый час утра воскресного дня. Во двор въезжает катафалк с фирменной надписью “Обряд” на борту. За мной. Сегодня проведу день с экипажем санитарной службы мемориальной компании. В этот день на смене водитель-санитар Александр Михайлов и санитар Дмитрий Бороздкин. Это те люди, которые забирают из дома тело умершего человека.

Сразу едем в больницу, в реанимацию. У учреждения контракт с “Обрядом” на перевозку тел скончавшихся пациентов из отделений в морг. 
Из реанимации тело необходимо перевезти в патологоанатомическое отделение больницы, оно с недавних пор работает в новом здании морга, в паре сотен метров от больничного корпуса.

По пути Александр объяснет. Если смерть человека наступила по криминальным причинам, то его везут в Бюро судебно-медицинской экспертизы в Краснотурьинск. Также в БСМЭ отвозят тела людей, скончавшихся дома, но у которых причину смерти нужно устанавливать – они долго не обращались в больницы, не состояли на учете у врача, у них не было хронических заболеваний.
– Если человек был на учете у врача, болел, или бабушка лет в 90-95, в таком случае врач дает справку, что можно без вскрытия. Таких везем уже к нам, в холодильник, – объясняет Александр.

От нуля до…

По пути в больницу еще один звонок – “адрес”, то есть в компанию обратились родственники человека, скончавшегося дома, нужно забрать тело. Но, нужно подождать. Сначала на место должны приехать медики и констатировать смерть. Потом – полиция. И уже после этого – “Обряд”.
Александр отмечает, что порой даже приехав на место приходится ждать, кто-то из родственников просит еще 10-15 минут, чтобы побыть вместе с покойным. Порой ждут приезда близких, чтобы они смогли застать умершего дома. Санитары всегда идут навстречу таким пожеланиям клиентов.

Смена санитарной службы длится 24 часа. Но это не значит, что сутки напролет приходится перемещаться и перевозить покойных (хотя и такое бывает). 
– По-разному бывает. От нуля до... у меня максимум 11-12 было, – вспоминает Александр. – Вот, буквально месяц назад. Диагнозы у людей совершенно разные. Тоже задумывался над этим, может, вирус какой? А так “норма” – два, три, четыре.
При этом вспоминается период пандемии коронавируса. Тогда работы у санитаров было особенно много.
– В 8 приходишь, уехал в больницу одного забирать, только его грузишь, уже звонок – второго из другого отделения. Только погрузил, выехал – опять звонок: “Забери третьего”. Так я пятерых за раз вывозил – приезжал за одним, уезжал с пятью, в морг вот так колесил, – рассказывает Александр.
При этом мужчина признается, что страх самому заразиться был только поначалу и быстро прошел.

О физической и моральной тяжести

Общий стаж работы Дмитрия в “Обряде” – около полутора лет.
– Искал работу, знакомый сюда позвал. Изначально было как-то неловко даже. Потом втянулся, нормально, - признается Дмитрий. 
Самый первый выезд он не помнит, но в памяти отложился самый тяжелый – с моральной точки зрения. Нужно было забрать тело утопленника-ребенка в одном из поселков под Серовом. В то время Дмитрий занимался обивкой гробов. Гроб для того ребенка готовил он.
– Делаешь, а у самого слеза идет, – вспоминает мужчина.
Александр поддерживает мнения, что самое тяжкое в их профессии – смерти детей. К этому привыкнуть невозможно.

Бывают тяжелые моменты, связанные с состоянием тел, которые приходится увозить. Самым неприятным в таком случае Александр называет смерть человека в ванне:
– Когда люди умирают в ванне с водой и еще полежат день-два…
До работы в “Обряде” Александр трудился в типографии водителем. Но девять лет назад перешел в мемориальную компанию, о чем не жалеет.
– Свежий воздух, тишина. Но работа-то нелегкая, все равно. Морально уже перегорел, физически тяжелее. Конечно, есть сочувствие, но до того, как я здесь работать стал, у меня его было больше. Но, привычка, видать… Все равно на прощаниях порой бывают моменты, когда у самого слеза накатывается, – признается Александр.
В памяти у Александра осталась самая первая его перевозка. Этот случай, когда потребовалось время, чтобы прийти в себя. Тело нужно было забрать в районе поселка Энергетиков.
– Теплый канал, холодный канал, дорога между ними. Долго ехали. Берег, речушка узкая. Костер и он лежит – сгоревший. Надели перчатки. Я за ноги-то беру… тело лежит, а ноги у меня в руках, – сейчас мужчина этот момент вспоминает с некой долей юмора, без которого в этой профессии было бы сложно.

Труднодоступные тела

Порой приходится доставать тела усопших из воды или нести несколько километров по железнодорожной насыпи.
– Лет 5-7 назад было, – вспоминает Александр. – Воскресенье, звонит диспетчер: “Саш, на речку поедешь”. А у меня выходной был. Думаю, в кои-то веки собрались на речку… Это было у насосной станции, как ехать в сторону Медянкино. Там река разделена островком. И там конструкция, которая ветки и мусор цепляет, чтобы дальше вода чистая шла. Плыл, видать, человек ногами вперед, и под эту конструкцию заплыл. Тело застряло. Лодку нам дали, чудом достали.
Приходилось выносить с железнодорожных путей тела людей, погибших от столкновения с поездом.
– Два раза в Лобве случаи были. От лобвинского вокзала в сторону Ляли, километров 5 мы наверно тащили. Один шел в наушниках… Там была травма головы. Его вручную пять километров несли, ни один поезд не остановился, не помог. Лето было, нас четверо – понесем, поставим, – рассказывает Александр.
Дмитрий вспоминает, что “Обряду” приходилось ездить и в Нягань, а это 528 километров пути в одну сторону.
Но и без дальних поездок в загруженную смену приходится за сутки проезжать около 500 километров.

400-километровый марафон

В минувшие новогодние праздники пришлось перевезти немало покойных. Перевозкой занимался и руководитель УМК “Обряд” Дмитрий Киреев.
– Было максимальное количество перевозок, пришлось самому за руль сесть, – рассказывает Дмитрий Юрьевич. – Взял напарника, поехали в Новую Лялю, там взяли еще одного напарника. Как раз в Ляле человек умер – погрузили покойного. И поехали в Павду. Дорога там 1 января не чищена. От Серова до Павды 150 километров. Забрали. Обратно поехали отвозить лялинского сотрудника, в Ляле еще одна бабушка умерла, погрузили ее, поехали. А потому как морг у нас не в Серове, а в Краснотурьинске, пришлось еще и туда ехать. Вот такой кружочек получился, в 400 километров – во что оборачивается простая перевозка из Павды. Из Серова мы выехали в 10 утра, а вернулись около 21 часа.
Руководитель “Обряда” рассказывает и о других трудностях, связанных с зимними перевозками покойных:
– Мужчина умер возле бани, в неудобной позе, подогнув колени. Естественно, он в такой позе и замерз. А представьте по узенькой тропинке нести тяжеловеса с подогнутыми ногами – постоянно центр тяжести терялся, приходилось останавливаться, чтобы его перекладывать.

Собаки – охраняют, кошки…

Третья перевозка за сутки – вызов из Новой Ляли. Покосившийся частный домик. Во дворе заливается собака на цепи. Встречают мужчины со скорбными лицами и предупреждают, что в доме с носилками не пройти, их приходится оставить во дворе. Пока родные усопшей собираются в доме, из него на улицу выбегает большой кот.
С животными в этой работе связаны другие случаи.
– Одну забирали – без лица. Ну как без лица – глаза, нос были, а рот, щеки выедены. Две кошки – съели. Собаки, главное, не едят, наоборот – охраняют. Если кошка, то съест, – вспоминает Александр.
Объеденное тело приходилось забирать в поселке Вятчино, его обнаружили на улице.
– Тоже вся объедена была, голову не могли найти… Собаку вызвали – по берегу голову искали. “Судебников” (судмедэкспертов, – прим. “Глобус”) ждем. Приехал, перчатки надел и откуда-то из живота голову достал – нашлась, – рассказывает Александр.

Три на три

Всего за 12 часов (половину смены) в тот день было 5 перевозок. Еще одна женщина скончалась в реанимации. И пожилой мужчина скончался на дому.
Вечер, уже в потемках, из холодной комнаты, оборудованной в “Обряде”, тела людей, которым требуется вскрытие, грузятся в автомобиль. Их везем в Краснотурьинск, в БСМЭ. Обратно оттуда везем троих, уже прошедших процедуру, одетых, осталось их лишь в гроб уложить.
– Они уже подготовлены к погребению – помыты, одеты. Только положить в гроб и организовать прощание соответствующим образом, – отмечает Александр.
Десятый час вечера, прощаюсь к Александром и Дмитрием, желаю им спокойной ночи – им дежурить еще до 8 часов утра. А Дмитрия поздравляю с днем рождения, который он отмечал в тот самый день. erid: 2VtzqwtjFsJ
Реклама. ИП Киреев Д. Ю.